С 14 по 17 апреля в ТЮЗе имени А. Брянцева XXVI Международный Брянцевский фестиваль детских театральных коллективов.
В заключительный день форума мы побеседовали с одним из членов жюри, актрисой, директором Белорусского ТЮЗа, очаровательной Верой Поляковой-Макей!
Вера, Вы росли в спортивной семье…
Спортсмен – мама, она всю жизнь в спорте, стрелок из пистолета и винтовки, доктор педагогических наук, профессор.
Что вдохновило, откуда возникла идея стать артисткой?
Ой, не знаю… Мой папа всю жизнь хотел стать артистом, но родители сказали ему, что в театральный институт берут только детей Табаковых, Ефремовых и т.д. И они его отправили в радиотехнический вуз. Он окончил радиотехнический, на заводе работал какое-то время, но так и не нашел себя в этом. А нашел он себя тогда, когда у него появилась своя туристическая фирма, где во главе угла было общение с людьми, и, в некотором роде, актерство. Мои родители тоже были против того, чтобы я занималась этой профессией. Но! Я все равно подала документы против их воли. Пришла домой и сказала, что подала документы в Академию Искусств, и папа сказал: «Молодец! Вот молодец, что ты идешь к своей цели!» И сейчас, конечно, родители восхищены тем, что я делаю, они посещают мои спектакли, премьеры, очень любят, очень гордятся тем, что я достигла успехов в этой области, что меня знают, что восторженно спрашивают: «Вы родители Веры Поляковой?!» Им, конечно, это очень приятно.
Я занимаюсь творчеством с детства, с шести лет. Сначала я училась в школе с хоровым уклоном, была солисткой, очень успешно мы гастролировали. Потом я училась в театральном лицее, и позже — в Академии Искусств. В Академии я осталась преподавать, потому что поступила в аспирантуру, и уже потом выучилась на режиссера по пластике. Вот уже 20 лет я преподаю сценический бой и фехтование. В 2017 году я получила высшее экономическое образование (Академия управления при Президенте) – экономист-менеджер, управленец высшего звена.
Как удается все совмещать?
Я умею хорошо распределить свое время, чтобы все успеть. Говорю о себе: «Вера-семиручка». У меня очень много информации в голове, я не пользуюсь ежедневниками. Последнее время, когда очень много дел, что-то записываю в заметки в телефоне. Бумажки я теряю. И в ежедневнике абсолютно точно будет все потеряно, забыто, поэтому я стараюсь держать все в голове.
Изначально кем Вас видели родители?
Мама собиралась отправлять меня учиться в Польшу, потом оттуда я должна была ехать чуть ли не в Сорбонну, она мне прочила более земную профессию, вроде менеджера в спорте. Но я же все равно пришла к экономике, я ведь все равно менеджер сейчас. Когда я пришла в ТЮЗ, я была вроде антикризисного менеджера. Я поднимала ТЮЗ с определенного дна. Как бы это грустно не звучало, там была самая маленькая зарплата в республике и самая низкая заполняемость зала. 24,7% по году. А сейчас у нас 95-98% по году. Сейчас мы – очень популярный и любимый зрителями театр.
Ваш опыт работы актрисой помог Вам в управлении театром?
Конечно! У меня ведь нет ни художественного руководителя, ни главного режиссера. Это было мое основное условие. То есть, я прихожу и понимаю, что нужно сделать для того, чтобы единственный детский театр в стране заработал. Но, как только вы мне поставите худрука или главного режиссера, наши линии точно разойдутся. Потому что я четко знаю, что продается и что будет интересно зрителю. Это не с неба упало, 11 мая будет 13 лет моему частному проекту «ТриТформаТ», которым сейчас управляет мой старший сын, а я в нем играю, как актриса. Конечно, я всячески помогаю, но что такое частный театр, который продержался столько лет? Это то, чему я научилась: понимать, что такое реклама, что такое, когда ты должен такое название зрителям предложить, чтобы он 100% туда пошел. Плюс, учитывая, что мой муж был очень известным политиком у нас в стране, я понимала, что я, как минер, не имею права на ошибку. То есть, мои спектакли должны быть безупречными, продаваемыми и не могут вызывать сомнений ни у зрителей, ни у тех людей, которые находятся в оппозиции к действующей власти. Я учитывала все эти моменты, поэтому научилась лавировать между многими вещами и делать хороший, качественный продукт. Поэтому очень удивилась, когда, придя в ТЮЗ, обнаружила, что в нем не развиты ни сайт, ни соцсети абсолютно. Люди приходили через кассу плюс билетные операторы. А я уже понимала на тот момент, что я 40% билетов своего проекта продаю через соцсети, что это очень крутая действующая платформа. Еще я ввела такую историю, которая очень пугала персонал – в начале спектакля, года мы просим выключить мобильный телефон и говорим о том, что фото и видеосъемка во время спектакля РАЗРЕШЕНЫ для размещения в ваших социальных сетях, не забывайте отмечать наш сайт! Мы не разрешаем выкладывать спектакли целиком, но размещение в соцсетях коротких видео – это наша бесплатная реклама. А самая лучшая реклама — это сарафанное радио.
Насколько я знаю, артистам это тоже очень важно и нужно
Конечно! Так артисты становятся популярными! Их начинают узнавать. Поэтому, сейчас у нас очень активные соцсети, у нас прекрасный сайт, мы потратили на него много сил, здоровья и денег. И сегодня 70-80% билетов продаются через наш сайт. Потому что здесь они без наценки, сайт хорошо работает, легкая, простая, комфортная система покупки.
Вы говорите о том, что в Вашем театре нет худрука и главного режиссера…
Да! Светлана Васильевна Лаврецова предупредила меня, что в России меня заклюют из-за этого, потому что здесь идет вечная борьба – директорский и режиссерский театр. Я все-таки за директорский театр.
Многие режиссеры обвиняют зрителя в том, что он (зритель) слишком прост и недалек, если не понял мысли постановки.
Это режиссеры себя оправдывают. Зритель, даже если чего-то не допонял – это нормально, это же видение режиссера, и он может говорить с нами немножко на другом языке. Я против театра подробного и реалистичного, который был много-много лет назад. Считаю, что для юного зрителя, для молодежи — а я сейчас флагман этого движения в своей стране — это должно быть что-то новое, привлекательное, захватывающее. Я всегда ставлю в задачу режиссера минимум четыре инстаграммные картинки, я хочу, чтобы зрители не сидели в телефонах, а поднимали телефон, чтобы снимать. Это должно их трогать, обязательно попадать им прямо в сердце, и дело не в подготовленности или неподготовленности зрителя. Ко мне приходят зрители, которые 100% не читали произведение. Юный театрал не читает. И моя главная задача – не рассказать им подробно, о чем там написано, а сделать так, чтобы они сказали: «О! Так «Онегин» — это не скучно! Надо почитать…» Я смотрю по своим детям — одному 26, другому 16. Мой 16-летний ребенок начал читать, в том числе благодаря тому, что посмотрел спектакли, и более того, сыграл в них. Сейчас он пошел немного в другую сторону — в следующем году он будет поступать на экономический. Но театр ему очень много дал для развития. Я считаю, что мысль, идею зритель обязательно должен вынести со спектакля. Мы выходим на сцену для того, чтобы рассказать историю – каждый своим языком, посредством своих инструментов, но, помимо истории, театр – это великая идеология! Любовь к матери, любовь к родителям, любовь к семье, любовь к Родине, любовь друг к другу, самопожертвование ради высшей цели. Идея может быть любая, но она обязательно должно быть обучающая и закладывающая важное зерно для будущего развития личности. Вот это — главные задачи, которые я ставлю режиссерам.
На Ваш взгляд, какие темы сегодня особенно важно поднимать в театре для молодежи?
Любовь к Родине. Я против идеологии в лоб. Я считаю, что идеология в лоб для юного зрителя — это отторжение. «Давайте будем любить Родину» — это не рабочая схема, мы должны их чуть-чуть обмануть в хорошем смысле. Мы должны завуалировать эту идеологию в каком-то очень хорошем произведении, например, в таком, как «Три сестры». Мы берем «Три сестры» и начинаем со сценографии – недостроенный дом, строительные леса… Люди еще ничего не построили на этой земле, но они уже мечтают о том, что где-то там, в какой-то эфемерной Москве им будет лучше. И в итоге они трагически заканчивают свою жизнь. Какая идеология заложена в этом? – Нужно жить здесь и сейчас. Нужно строить дом там, где ты родился. Где родился, там и пригодился. Нужно научиться быть счастливым здесь. Везде хорошо там, где нас нет. Нам так кажется, а юным людям кажется так в гиперболизированном размере. Мы через великое произведение великого писателя аккуратно, за 1час 25 минут, стараемся заложить эту мысль. Ведь счастье — внутри нас. Через уважение к взрослым, через любовь к близким и друг к другу, через желание помогать, через дружбу – для самых маленьких зрителей – мы формируем любовь к Родине, к человеку, к государству… Я считаю, что нужно начинать издалека и аккуратно. Без напора воспитывать правильную, грамотную, гармоничную, идеологически верно подкованную личность.
Взрослые, наверняка тоже любят спектакли Вашего театра?
Конечно! Слоган Театра юного зрителя: «ТЮЗ — театр для всех». Я всегда говорю со сцены: «От 0 до 99, но, если вам больше 99, и вы способны прийти на спектакль, мы будем счастливы видеть вас в нашем театре!» У нас очень молодой зритель, но и люди старшего возраста активно посещают наши спектакли, все наши премьеры. Зрители прекрасно относятся и к моему творчеству, моя публика более взрослая, они ловят каждую мою премьеру, каждый спектакль, и, могу похвастаться, что на 3-4 месяца вперед билеты на спектакли с моим участием купить невозможно. Это очень приятно. И они стоят дорого, и мне приятно, что для своего театра я могу заработать побольше денег.
Константин Хабенский сказал, что зритель голосует рублем…
Совершенно верно! Но, все-таки, творчество-это, своего рода, вкусовщина. Кому-то нравится черная икра, кому-то красная, а кто-то любит заморскую, баклажанную… То есть, совершенно плясать от зрителя — тоже не совсем верная история. Нужно находить гармонию и баланс между мнением профессионалов и мнением зрителей. Мне хочется, чтобы профессионалам было комфортно смотреть наши спектакли, и чтобы зритель был счастлив пережить какие-то невероятные эмоции в нашем театре.
Вы постоянно вращаетесь в мире искусства, через Вас проходит огромное количество пьес, сценариев… Что Вы читаете для себя?
В основном, драматургический материал. Так, чтобы я могла лечь и прочитать книжку, отвлеченно от чего-либо, у меня нет возможности.
Раньше, когда мы всей семьей уезжали в отпуск, я набирала кучу любовных романов. С самым простым сюжетом – «Он и она», «Дикая страсть». И мои дети, и муж всегда надо мной подшучивали: «Что ты читаешь??» Но у меня разгружается мозг, когда я читаю вот эти бульварные романы. На самом деле, я очень люблю посмотреть по телевизору какую-нибудь тупую мелодраму, в которой сама же снималась, на телеканале «Домашний». Себя не смотрю, но мне прямо заходит. Вот мне нравится актер, он харизматичен для меня-и я вдруг зависаю! Боже мой! Нет драматургии, нет сюжета… но мне кайфово. Либо наступает другой момент — зависит от эмоционального состояния — я смотрю фильмы про маньяков, основанные на реальных событиях. Но вообще, я люблю хорошее кино, слежу за новинками. Наверное, я даже больше люблю кино, потому что безумно устаю зрительно, эмоционально, устает мой мозг за день работы в театре, плюс я минимум две премьеры выпускаю сама, как актриса, а это горы текста, его постоянно в голове нужно держать, плюс я работаю на телевидении, у меня выходит авторская программа… То есть, у меня в голове очень много информации, поэтому, приходя домой, я уже могу только что-то посмотреть. Включить хороший фильм и под него заснуть. Очень часто я засыпаю, и у меня еще час в руке телефон… Так же в самолете — я скачиваю хороший фильм и думаю, что вот сейчас я посмотрю! Вставляю наушники, начинаю смотреть и через 10 минут меня нет. Коллеги говорят: «Полякова может спать везде»
Вы поставили спектакль «Княжна Мэри» по Лермонтову…
Да, «Княжна Мэри», Поставила Татьяна Самбук, ваш российский режиссер.
Почему из всего произведения именно «Княжна Мэри»?
Во-первых, это была Танина дипломная работа, она очень переживала, что спектакль, который поставлен очень интересно и нашел отклик у зрителей, нигде не ставят. Я сказала, что, если мы ставим спектакль для театра, а не как выпускной студенческий материал, нужно придумать что-то новое и большую форму. Она смогла это сделать. Мы ввели в спектакль живых музыкантов -Президентский оркестр республики Беларусь. Премьера состоялась в Большом зале Дворца республики. В первую неделю, когда сняли ограничения по ковиду, я собрала 2700 зрителей. С полным составом Президентского оркестра мы сыграли премьеру «Княжны Мэри». Это было невероятно! Мы понимали, что всем понравилось, но, конечно, волновались. К нам за кулисы пришли друзья, и мы начали спрашивать: «Ну, как????» Нам ответили: «Ребята, вы завтра проснетесь знаменитыми!»
Уверена, через какое-то время о Тане напишут в какой-нибудь белорусской театральной энциклопедии! Она со своим видением и мышлением для Беларуси стала открытием! В Беларуси очень любят Таню Самбук, хотя, и в Питере, и в Москве, критики периодически ее ругают, но это и нормально. Так и должно быть.
Каждая премьера, как только на афише имя Татьяны Самбук – мгновенный аншлаг.
Как зритель, Вы посещаете спектакли, просто для себя?
Конечно. Я у Светланы Васильевны (Лаврецова С.В. — директор СПб ТЮЗа им. Брянцева) пересмотрела очень многое. Бывает, прилетаю специально на премьеру, просто посмотреть спектакль. Когда я была со своим театром в Екатеринбурге на гастролях, вечером мы показывали «Онегина», а днем у них шел свой «Онегин» на малой сцене. Я в обязательном порядке пошла посмотреть, было очень интересно, как они это рассказывают. Но у них совсем другой «Онегин». Наш – для юного зрителя, чтобы он почитал… А у них-прямо литературный урок, очень подробно по тексту. То есть, школьник, посмотрев этот спектакль, может вообще не читать — уже все знает. Это было два абсолютно разных «Онегина», но оба имеют право быть. Это очень интересно.
Из последнего, что я посмотрела у Светланы Васильевны, мне, конечно, страшно понравился «Лес» Уланбека Баялиева; безусловно, очень понравился по сценографии, по наполненности, по картинке спектакль Сусанны Цирюк «Маскарад». Он впечатляет невероятно своей мощью! Я открою вам, вы первые, кто об этом узнает: я только что предложила Сусанне поставить осенью 2026 года, к моему дню рождения, «Бесприданницу». Это будет первый музыкальный спектакль в нашем ТЮЗе. Сусанна с радостью согласилась! Она — широко известный режиссер в России, но в Беларуси она тоже очень известна, она поставила в Музыкальном театре огромное количество спектаклей. Публика помнит и любит этого режиссера. Для меня, как менеджера, спектакль Сусанны Цирюк – это хороший ход.
С ТЮЗом Брянцева вы несколько лет взаимодействуете, поддерживаете друг друга, принимаете участие в фестивалях, почему именно этот театр? Что для Вас в этом театре особенного?
Начнем с того, что это флагман ТЮЗовского движения. И, когда три года назад я узнала, что меня назначают директором ТЮЗа, за месяц до вступления в должность приехала сюда, в Петербург – у меня была встреча в Смольном с Пиотровским. Моя первая просьба была о том, чтобы меня познакомили с директором ТЮЗа им. Брянцева. Потому что с этого начиналось ТЮЗовское движение. Когда я зашла к Светлане Васильевне, долго представлялась, расшаркивалась, она сказала: «Ну? И что Вам нужно?» Я тоже не из робкого десятка, но у меня реально пробежали мурашки по спине, и волосы поднялись. Я подумала, ну, все… и ответила: «Я хочу дружить» — «Ну, пойдемте, я покажу Вам театр» — ответила она. А у меня была разорвана мышца на ноге, я приехала сюда хромая. Я говорю: «Я немножко хромая, но я постараюсь Вас догнать». «А что с Вами?» — спросила Светлана Васильевна. «Я разорвала мышцу на ноге» — ответила я — «Как Вы ходите?» Я говорю: «Я к вам приехала, ну, конечно же, я хожу, мне очень надо!» И мы шли, я бежала за ней по этим лестницам, и с каждым шагом, что мы проходили, у нас завязывались такие теплые отношения, что, когда мы закончили экскурсию через час, то поняли, что будем работать вместе, будем сотрудничать. А сейчас я могу сказать, что Света-моя лучшая подруга. И в самый тяжелый момент в моей жизни за эти три года, Света меня не оставила ни на одну секунду. Хотя огромное количество людей сделали вид, что они меня не знают в определенный момент жизни.
Второй театр, который я посетила в это же время, был Балтийский Дом, и я всегда говорю, что Светлана Васильевна Лаврецова – это крестная мама для меня, как директора, а Сергей Григорьевич- мой крестный папа. Потому что и один, и второй руководители сделали для меня очень много. Но Света-особенно близкий мне человек, она Женщина с большой буквы. И Руководитель с большой буквы. То, как она этим всем вертит-крутит — мне за ней не угнаться, конечно.
Хотя, она говорит мне: «Я не могу угнаться за Поляковой», я всегда отвечаю: «Окстись! Я столько не летаю, сколько ты!»
Сегодня заканчивается очередной фестиваль в ТЮЗе Брянцева. Прекрасные детские коллективы показывали свое мастерство. С каким впечатлением Вы сегодня завершаете этот фестиваль?
Я шесть лет руководила детским театральным коллективом «Алые паруса». Это невероятный труд! Но это и невероятный обмен энергией. Ты им отдал, а они тебе в пять раз больше. И чем больше отдал, тем больше получил. Детей не обманешь, с ними всегда нужно быть в тонусе, быть честным, справедливым, и в тоже время, нужно держать жесткую дисциплину. Это уникальные люди. Ничего сложнее в работе с детьми в театральном ключе, быть не может.
У нас три лидера. Это, конечно, армяне, я поражаюсь, насколько это крутые артисты, профессиональные! Насколько там интересная режиссура! Я честно вам скажу, никогда не думала, что из «Сказки о рыбаке и рыбке» Пушкина можно достать такой невероятный смысл и сделать из этого Шекспира «Макбет». Мы сидели, открыв рот. Какая сценография, какая гениальная мысль заложена и какие невероятные страсти!
В этом году меня просто очаровали беларусы, я горда за нацию! Я была единственным зрителем в зале, который понимал белорусский язык, и еще немного Сусанна. Как они 50 минут держали зал! Я дважды всплакнула. Даже сейчас у меня наворачиваются слезы. Я была горда за нацию и за то, что эти дети так любят свою страну.
И, конечно, театр Образцова. Но, это театр Образцова, поэтому, мы и не ждали, что это может быть плохо. Это — когда пьеса по возрасту. Как важно брать пьесу по возрасту! Чем грешили некоторые педагоги на этом фестивале, как и на прошлом — никогда нельзя свои нереализованные творческие амбиции переносить на детей. Все должно быть по возрасту. Они не могут сыграть «Моцарта и Сальери», они не в состоянии его сыграть. Я не в состоянии это сыграть вот так сразу, с кондачка. Это очень серьезное произведение, которое нужно очень серьезно продумывать. Хотя дети везде играли прекрасно! И многих хотелось отметить, и очень жаль, что так мало призов. Но нам не разрешили. У нас всего три диплома.
Я в восторге! Конечно, очень устала, потому что мы с утра до ночи на ногах, но, в тоже время, я отдохнула, перезагрузилась и готова с новыми силами рвать театральное пространство! И не только театральное.
В чем предназначение искусства на Ваш взгляд?
Мне кажется, предназначение искусства в том, чтобы напоминать людям о каких-то важных вещах. Я считаю, что театр, кино, все виды искусства- это Великий Идеолог. Я считаю, что в любых взаимоотношениях, и в дипломатических тоже, сначала идет искусство, а потом все остальное, и политика в том числе. Это та ниточка, которая объединяет мир и народы. Я думаю, что искусство и любовь спасут нашу планету от всех катаклизмов, которые накрывают в последнее время.
Виктория Кучма
Фото предоставлено пресс-службой Белорусского ТЮЗа